Инвалида, пожаловавшегося Путину на чиновников, выставили пьяницей и лгуном

Анатолий Николаевич Терехов после обморожения и гангрены лишился ног. Передвигается на протезах. Но у него есть работа, хорошая квартира, счастливая семья. После того, как местные СМИ выставили пенсионера в неприглядном свете, Терехов общается с журналистами осторожно. 

— Как только я прославился на всю страну, со мной связались наши корреспонденты. Я им все про себя рассказал, но разве кто написал правду? – говорит Анатолий Николаевич.

Из досье «МК» — что сказал Путин на пресс-конференции: «Смотрите, у меня есть другая бумажка, из Ленинградской области, Волосово. Вот что пишет Терехов Анатолий Николаевич, у него диалог с одним из чиновников (я так понимаю, что Волосово, наверное).

Он пришёл с каким-то вопросом, тот ему говорит: «Это Вам Путин обещал? Вот у него и спрашивайте. Я не обещал». И дальше вопрос: «Почему чиновники в кабинетах ведут себя отвратительно?» Есть такие люди».

— Анатолий Николаевич, давайте начнем сначала. Когда закончилась пресс-конференция, к вам сразу приехали из администрации?

— Ко мне пришли до того, как закончилась прямая линия. События развивались в считанные минуты. Дело в том, что мой дом находится стенка в стенку с нашей администрацией.

В тот день я собирался ехать в другой город за женой. Одевался в коридоре, когда мой вопрос зачитал в прямом эфире Путин. Я чуть на пол не сел от шока. После этого сразу вышел на улицу. Смотрю, из администрации уже бегут мужчина, за ним женщина, кричат издалека: «Анатолий Николаевич, остановитесь, надо поговорить».

Стали задавать вопросы, обещали, что со мной свяжутся, пригласят в администрацию. Но этого не произошло. Они больше не появились на горизонте. Зато появились журналисты, прокуратура и Следственный комитет.

— Журналисты — понятно, а остальные зачем?

— Хотели выяснить фамилию сотрудницы Пенсионного фонда, которая обидела меня. Но так как все случилось в начале прошлого года, я уже и не вспомню тех женщин.

— Фамилию тоже не запомнили?

— У меня нет привычки заходить в кабинет и спрашивать фамилию сотрудника. Ну сидели женщины в кабинете. Дальше произошёл диалог.

«Вы по какому вопросу?». «Я по выплатам пенсии». «Присаживайтесь».

Сел. Они по компьютеру пробили мое дело: «Извините, но ничего вам не светит, мы ничего не должны, ни начислений, ни выплат». Я им напомнил, что президент говорил иначе. Мне ответили: «Ну, если Путин обещал, у него и спрашивайте». Через год я и спросил у президента. Путин ответил.

— Вы целый год помнили об этом случае?

— Я не только по этому вопросу обращался на прямую линию. Отправил и другие СМСки с вопросами. Спросил про нехватку инвалидных стоянок. Почему у крыльца того же Пенсионного фонда оборудована стоянка для машин сотрудников этой организации, а места для инвалидов находятся на самом удаленном уголке площадки.

А насчет грубого отношения чиновников, я не жаловался, просто задал вопрос: «Почему при входе в кабинет чиновники резко отвечают?» Ведь не только со мной так обошлись. В соцсетях люди пишут, что со многими так разговаривают. Пожилых женщин гоняют из кабинета в кабинет, они в слезах уходят. Такая ситуация не только в Пенсионном фонде. Куда не зайди, ты никому не нужен.

«Сказали — я все преувеличиваю»

— Следственный комитет и прокуратура разобрались с вашей проблемой?

— После прямой линии мы несколько дней общались с прокуратурой, сотрудниками СК, представителями Пенсионного фонда. Все стояли на ушах. Журналисты сюда приезжали.

Правда, сотрудники местного телеканала заступились за чиновников. По итогу все облили меня грязью с ног до головы, резюмировали, что я ни в чем не нуждаюсь и все преувеличиваю. В Пенсионном фонде сообщили, что не видели меня. В администрации заявили, что к ним я за помощью не обращался, меня там не знают. Хотя они меня прекрасно знают. Потому что я 30 лет обивал пороги администрации, пока ждал очередь на квартиру. Но никто не вспомнил, что я жил на улице в инвалидной коляске, когда ноги потерял.

— Как так случилось?

— Когда мне ампутировали ноги, я оказался на улице. Жена со мной развелась, квартиру продала, переехала в другой город.

Тем временем я уже много лет стоял на учете по получению жилья. Помню, на самодельных протезах практически приполз в администрацию. Сообщил, что мне негде ночевать, хотя давно стою на учете. Мне ответили: мол, тебе квартира больше не нужна, твое место в доме инвалидов и престарелых. 

В тот момент я решил, что рано или поздно встану на ноги, научусь ходить. И встал. Долго тренировался, ходил по ступенькам с первого по десятый этаж, чтобы набить мозоли. В кровь все стирал, но привык. Теперь я не знаю, что такое костыли, палочки, трости. Передвигаюсь, как обычный человек, работаю. Женился второй раз.

— Квартиру вам дали?

— Только через суды я выбил себе субсидию. Именно выбил. Влез в кредиты, добавил своих денег и купил жилье. Но в администрации говорят, что это они мне помогли с приобретением недвижимости.

Еще в СМИ написали, что машину мне подарил депутат. Это не так. Я сам купил автомобиль. Ну как автомобиль, металлолом на колесах. Короче, администрация отчиталась, поставила галочку, а мою семью вставили жалобщиками, меня назвали неблагополучным алкашом, унизили. Зато промолчали, что гангрену мне занесли врачи. Если бы мне сразу пальцы ампутировали, то ноги остались целы.

Расскажу, как я лишился ног. Я подморозил пальцы, стал заниматься самолечением. Ничего не помогло. Обратился в больницу. Там началась гангрена. Пытались спасти пальцы. Операция за операцией. Не получилось. Ноги ампутировали. Выдали инвалидную коляску. Ставить на ноги меня никто не хотел. По знакомству меня отправили в питерский институт протезирования, где за восемь месяцев я научился ходить на протезах.

«Каждая в мою сторону что-то высказывала»

— Вопрос с сотрудниками Пенсионного фонда разрешился?

— Я не жаждал крови. Хотя с меня требовали назвать фамилию женщины, которая меня обидела, хотели ее наказать и уволить. Я сразу предупредил: «Не надо никого увольнять». Тем более ни фамилии той женщины, ни ее внешности я не запомнил. Столько времени прошло с тех пор. Не мог же я показать пальцем на первую попавшуюся.

К тому же в кабинете, где все произошло, находились три человека. Две дамы сидели, третья прибегала-убегала. Каждая из них в мою сторону что-то высказывала. На тот момент я не собирался жаловаться. Я вообще забыл про них. Вспомнил, когда услышал про прямую линию.  

— Извинения вам принесли?

— От управления Пенсионного фонда официально принесли извинения. Обещали, что проведут внутренние разбирательства. Когда я сказал руководству Пенсионного фонда, что в соцсетях много людей жалуются на подобные отношение, мне ответили в резкой форме: «Мы соцсетями не пользуемся, телевизор не смотрим, не надо наговаривать на сотрудников». И добавили, что своих работников будут защищать до конца. 

— Какая у вас пенсия?

— 9 тысяч рублей. Думаете, я от хорошей жизни пошел работать? Я ведь где только ни трудился, и монтажником окон, и на пилорамах вкалывал, сейчас более десяти лет работаю в охране.

— Тяжело на протезах работать?

— То, что у меня нет ног,, стараюсь скрывать, не афиширую инвалидность. Начальники всякие есть, боюсь, узнают, скажут, до свидания, нам такие не нужны.

— Сейчас уже не скроешь, что вы инвалид, о вас все узнали.

— Сейчас работаю сторожем официально благодаря программе по трудоустройству инвалидов. Охраняю государственное дорожное предприятие. Все по закону, мне скрывать нечего. Надеюсь, меня никто не уволит после случившегося.

— Сколько получаете?

— В среднем 14 тысяч рублей. Для Волохово это приличная сумма, я рад, претензий не имею.

«Через месяц все вернется на круги своя»

— Вы сказали, что отправляли несколько СМС президенту — о чем еще просили?

— От лица всех инвалидов я поинтересовался, почему протезы приходится ждать годами. Помню, когда мой протез пришел в негодность, я отправил заявку на замену. Ответа ждал год.

Потом получил ответ: потерпите, денег у государства не хватает. Почему-то они оценили протез в 480 тысяч рублей, а мне нужно два протеза – это миллион. Хотя «красная цена» одному моему протезу 50 тысяч рублей. Я пользуюсь самыми дешевыми — это кусок пластика и резина. 

В итоге более года ждал протез. Мои старые к тому времени все развалились. Пришлось самому ремонтировать.

— Вы какие-то удивительные вещи рассказываете…

— С подобными ситуациями сталкиваются большинство инвалидов, просто все молчат.

— Вам надо было все жалобы изложить в одной СМС, может быть?

— Я не сразу про все вспомнил. Несколько дней отправлял СМСки. Вспомнил про стоянки — отправил, вспомнил про Пенсионный фонд — отправил, про протезы — отправил. И вот одна СМСка каким-то чудом попалась на глаза президенту.

— Сейчас уже шумиха улеглась?

— Да, никто меня больше не трогает. Да мы и рады, устали с женой от такого внимания.

Но когда все началось, я очень удивился. Понимаете, раньше я обращался в суды, общественные организации, чтобы мне помогли. Приезжал уполномоченный по правам человека, журналисты снимали, как меня поселили в коммунальную квартиру вместе с козами. В 2016 году мои соседи развели коз в квартире, я жаловался. И никто ничему не удивлялся тогда.

И сейчас бы ничего не произошло, если бы Путин не зачитал обращение. Чиновники продолжали бы хамить и грубить. А теперь в соцсетях люди пишут, что нужно срочно бежать в Пенсионный фонд, пока там вежливо со всеми разговаривают. Через месяц все вернется на круги своя. 

— Вам люди благодарны?

— Я столько благодарностей никогда не получал. В соцсетях все на моей стороне.

— В следующем году снова будете писать на прямую линию?

— Конечно. Считаю, что писать нужно. Жаловаться в соцсетях бесполезно, реакции властей нет. Насчет жилья я же раньше писал губернатору области на прямую линию, часами ждал ответ по телефону, но моя жалоба ни разу не попала к главе региона.

— Вы бы сейчас воспользовались случаем, напомнили про другие проблемы.

— Напоминать не пришлось. Все мои СМСки, которые я отправлял Путину, рассмотрели. Вот недавно мне позвонили с протезного предприятия, предложили заменить протезы раньше срока. Но у меня еще старые не сносились, сказал, как сломаются, обращусь. Мне обещали, что не станут теперь растягивать проблему на года, в любое время могу обратиться, сразу помогут.

Еще из соцзащиты со мной связались, предложили воспользоваться социальным такси. Я даже засмеялся. Что же вы раньше мне не предлагали? Я с 2003 года состою у вас на учете, как инвалид. Никто никогда не предлагал специальных машин. А тут, бах и сразу: «Вам нужно социальное такси?». Нет, уже не нужно.

— Насчет стоянок для инвалидов решился вопрос?

— В прокуратуре обещали рассмотреть.

— Неразрешенные вопросы остались?

— Осталась у меня еще небольшая проблема. Мой дом стоит рядом администрацией на огороженной территории. Чтобы подъехать к подъезду, мне нужно звонить в администрацию, чтобы те подняли шлагбаум, впустили меня. И так годами.

Привозят мне мебель — иду в администрацию, приезжают друзья- инвалиды — снова в администрацию.

Утром уезжаю на работу, дозвониться никому невозможно, возвращаюсь после суток – та же ситуация. Брелок от шлагбаума не выдают, объясняют – посторонним не положено. Так и живу за закрытым шлагбаумом.

Все причастные к этой истории отчитались. Пенсионный фонд заявил, что Анатолий Терехов за последний год к ним не обращался, а федеральная социальная доплата ему не положена, потому что он работает.

Губернатор Ленобласти сообщил журналистам что мужчине помогали и до обращения к Путину: по областной программе он получил 1,6 миллиона рублей, поэтому смог приобрести квартиру, а фонд социального страхования обеспечил инвалида протезами за 390 тысяч рублей.

Чиновник отметил, что в Ленинградской области есть инвалиды, у которых нет реализации таких прав, как у Терехова. Также глава региона выразил надежду, что сотрудники Пенсионного фонда и Терехов уладят конфликт, «чтобы ни у кого не осталось осадка на душе».

Источник Полезная ссылка

Теги: ,